Теперь же, господа, я попытаюсь рассказать вашем} Высокому собранию по возможности наиболее точно, как проходило рассмотрение и обсуждение вопроса о мандате.
Многие выступили по этому вопросу. Однако прежде чем предоставить кому-либо слово, я со своего председательского места произнес небольшую речь, которая была дословно занесена в протокол. Я сказал: "Прежде чем открыть прения по вопросам, пере численным в представленном меморандуме, я хрчу привлечь ваше внимание к некоторым моментам. В этом докладе, к примеру, говорится о г-не Брауне и сообщается о его словах относительно доставки армии рабочих в 50 тысяч человек.
Господа, г-н Браун говорит: "Я не веду с вами переговоры е качестве официального лица, я беседую с вами исключительнс частным образом". Далее он не говорил, что Америка согласилась принять мандат, более того, он сказал, что она его, возможно, не примет. Таким образом, его высказывания делались не от имен* Америки, а от него лично, он сам даже не знает, что такое мандат Он говорит: "Мандат - это то, что вы пожелаете". В представленное меморандуме поднимается важный вопрос о мандате. Прежде чем приступить к обсуждению этого вопроса, предлагаю объявить десятиминутный перерыв (15 час. 25 мин.).
После возобновления заседания я объявил: "Первым слово предоставляется Васыф Бею".
Васыф Бей вначале произнес длинную речь о самом понятии мандата, после чего слово было представлено другим. Затем он снова взял слово и заявил: "Предлагаю вначале согласиться с мандатом в принципе, а затем обсудить его условия".
Один из делегатов по имени Маджит Бей сказал примерно следующее: "Основной вопрос, который должен быть рассмотрен высоким собранием, заключается в том, сможем ли мы выжить и существовать в будущем независимо. Какова сущность мандата и какие переговоры мы будем вести с мандатарием? Кто будет мандатарием? Вот в чем вопрос". Тогда я как председатель заявил: "Как я понимаю, в докладе отражаются два положения. Первое из них - государство не может отказаться от независимости в вопросах внутренней и внешней политики. Второе - существует ли для государства и нации необходимость в помощи и поддержке против угрожающей им извне опасности. Именно второе положение вызывает сомнения и требует размышлений. С вашего разрешения, предлагаю передать этот вопрос в комиссию по рассмотрению предложений. Затем он будет представлен на рассмотрение вашего высокого собрания. Как бы то ни было, мы не желаем нанести ущерб нашей внутренней и внешней независимости". После этого слово взял Бекир Сами Бей, который сказал: "Мы взяли на себя очень важную и ответственную обязанность и у нас нет ни минуты на пустые словопрения. Давайте обсудим представленный меморандум и, не теряя времени, срочно примем решение". Тогда я заявил с председательского места: "Позвольте мне как председателю комиссии (председателем комиссии по изучению предложений был также я) дать разъяснения по этому вопросу. Комиссия ознакомилась с меморандумом и очень долго изучала и рассматривала его, однако общего мнения, которое позволило бы принять окончательное решение, достигнуто не было. Однако меморандум был передан в комиссию по предложениям до того, как пленарное заседание конгресса ознакомилось с ним. Поэтому мы в комиссии выразили пожелание, чтобы текст меморандума был зачитан на пленарном заседании, которое определит свое отношение к нему, после этого меморандум будет возвращен в комиссию по предложениям и будет принято окончательное решение". Однако тут слово взял Исмаил Фазыл Паша (покойный) и заявил следующее: "Я присоединяюсь к мнению Бекир Сами Бея: мы не можем терять время. К тому же, по существу, вопрос принимает простую форму: будем мы добиваться полной независимости или примем мандат другого государства? Мы должны ответить на этот вопрос. Давайте не будем терять время на то, чтобы вторично отсылать такой важный, по сути дела, самый важный вопрос в комиссию, а затем снова ставить его на рассмотрение пленарного заседания. Ведь это лишь проволочка дела, а время дорого. Давайте рассмотрим вопрос сразу на пленарном заседании и примем решение сегодня, завтра или, в крайнем случае, послезавтра. Не будем тратить время на рассмотрение его в комиссии, поскольку это крайне важный вопрос".
Выступавший после этого Хами Бей присоединился к мнению, высказанному его превосходительством Исмаилом Пашой и Бекир Сами Беем и заявил: "При любых обстоятельствах мы нуждаемся в помощи, доказательством тому является хотя бы то, что доходов государства хватает лишь на уплату процентов по нашему долгу".
Взявший затем слово Раиф Ефенди высказался против мандата. Возражая ему, Исмаил Фазыл Паша произнес длинную речь. Затем снова выступил Бекир Сами Бей, который сказал: "Я полностью поддерживаю выступление его превосходительства Исмаила Фазыл Паши и хочу добавить лишь следующее. На Парижском конгрессе, в котором мы приняли участие после Крымской войны, завершившейся разгромом врага, наши союзники по войне заставили нас принять известные условия. Если сравнить их с нашими требованиями, содержащимися в только что зачитанном меморандуме, то, я полагаю, станет ясно, что из этого больше ущемляет независимость".
После Бекир Сами Бея выступил Хами Бей, а затем Рефет Бей (Рефет Паша). Последний заявил следующее: "Нет никакого сомнения в том, что мандат не нанесет ущерба независимости. А между тем, некоторые делегаты продолжают рассуждать по поводу того, остаться ли независимым, или пойти на принятие мандата. Поэтому, прежде чем решить вопрос о мандате, надо разобраться в том, что такое мандат. В связи с этим следует прежде всего уяснить, какое содержание вкладывается в этот термин в представленном нам меморандуме, который вызвал горячие споры. Его превосходительство Фазыл Паша говорит о "мандате при условии сохранения независимости". Меморандум, представленный Хами Беем в связи с вопросом о мандате, делится на две части: в одной из них излагается аргументация вопроса, а в другой определяется сущность мандата. Для того, чтобы рассмотреть вопрос о мандате в соответствии с соображениями, содержащимися в обеих частях, я бы хотел уяснить для себя один момент: рассмотрено или не рассмотрено пленарным заседанием содержание этого меморандума?" На это Исмаил Фазыл Паша заявил следующее: "В связи с тем, что меморандум вызывает кривотолки, мы (т.е. Фазыл Паша, Бекир Сами Бей и Хами Бей) отзываем его и просим считать, что он не был представлен". (Как проект, так и окончательный вариант меморандума остались у них).
После этого я как председатель объявил: "Меморандум отозван".
Невзирая на это, Рефет Бей попросил слова и произнес красноречивое выступление, занявшее в протоколах около шести страниц. Я полагаю, что нескольких фраз этого выступления, точно цитируемых мною по протоколу, будет достаточно для того, чтобы раскрыть точку зрения автора.
Рефет Бей заявил: "Цель, которую мы преследуем, отдавая предпочтение американскому мандату, состоит в том, чтобы освободиться от английского мандата, который порабощает все группы населения, угнетает наши сердца и совесть, а также чтобы сблизиться с Америкой, проводящей мягкую линию и уважающей национальные чувства. Видимо, суть дела не в деньгах .... (Пропуск в тексте) ... мандат и независимость не противоречат друг другу; лишь в том случае, если мы фактически не будем обладать силой, мандатный режим будет угнетать нас и нанесет ущерб нашей независимости. Предположим, мы заявим, что требуем полной независимости во внутренних и внешних вопросах. Но сможем ли мы сами, своими силами добиться этого? Более того, дадут ли нам возможность добиваться этого? Подумаем об этом. Не подлежит никакому сомнению, что ныне Англия, Франция, Италия и Греция хотят добиться нашего раздела. Однако если мы сегодня под покровительством какой-либо державы добьемся мира, то в будущем, как только создадутся благоприятные условия, мы тотчас же вернемся к своим целям и будем добиваться их достижения. Если же сейчас создастся неблагоприятная обстановка, то не будет ли она угрожать катастрофой всему нашему делу?....
Во всяком случае, мы стоим перед необходимостью принять покровительство Америки. В XX веке страна, находящаяся в разрухе и имеющая долги в пятьсот миллионов лир, нация, земли которой не плодородны и доход который составляет всего лишь десять-пятнадцать миллионов лир, не проживет без иностранной помощи. Если мы и дальше будем оставаться в таком положении и не сможем осуществить подъем с иностранной помощью, то, видимо, в будущем не сможем защитить себя даже от нападений Греции...
Если бы, не дай бог, Измир остался бы у греков и между нами вспыхнула война, то враг стал бы перебрасывать войска из Греции на кораблях. В таком случае, спрашивается, какими средствами, какими путями сообщения мы сможем воспользоваться, чтобы перебросить наши войска из Ерзурума? Вот поэтому нам прежде всего и необходим американский мандат, чтобы обрести покровительство и поддержку". В заключение выступавший сказал: "Я буду рад, если мои слова подготовили почву для дальнейших прений по этому вопросу".
Господа, вы легко можете себе представить, какое глубокое воздействие на аудиторию оказало это блестящее и искусное выступление. Чтобы не дать возможности сторонникам такой же точки зрения выступить вслед за Рефет Беем и окончательно отравить умы, а также для того, чтобы получить время для бесед с делегатами, в которых можно было бы дать им разъяснения и предостеречь их от заблуждений, я немедленно объявил перерыв на десять минут (Время: 17.30).
Господа, последние фразы выступления Рефет Бея заслуживают внимания. Он считает, что греки находятся в Измире временно и не признает, что мы находимся с ними в состоянии войны. Он полагает далее, что если греки останутся в Измире и начнется война, то мы не сможем оказать сопротивление.
После возобновления заседания Ахмет Нури Бей - один из делегатов от Бурсы выступил с длинной речью против мандата. Хами Бей ответил на это еще более длинной речью в пользу мандата. Свое пространное выступление он завершил следующими доводами в защиту выдвинутой им точки зрения.
"Теперь же я скажу несколько слов о той стороне дела, которая мне хорошо знакома. По этому поводу я беседовал с одним компетентным лицом, поэтому располагаю самыми точными сведениями. Перед отъездом из Стамбула я посетил бывшего садразама его превосходительство Иззет Пашу. Его превосходительство также выразил убеждение в необходимости для нас мандата. Он осведомился о моей позиции по этому вопросу, и я сообщил ее. Через несколько дней его превосходительство пригласил меня к себе и рассказал мне следующее. Члены американской комиссии по обследованию после своих поездок в Сирию и Адану возвратились в Стамбул с намерением выяснить позиции политических партий. Они посетили Иззет Пашу в его доме и заявили ему, что, по их мнению, национальная организация в Анатолии представляет турецкую нацию и что они считают его (т.е. Иззет Пашу) одним из руководителей этого движения. Далее они сказали: "Если Вы добьетесь того, чтобы Ерзурумский и Сивасский конгрессы обратились с просьбой об установлении американского мандата, то и Америка согласится на принятие мандата над Османским государством". Сообщив мне всё это, паша сказал, что у нашей нации не осталось сил продолжать борьбу и что, по всей видимости, мы вынуждены будем обратиться к этому средству. Он посоветовал мне также по приезде в Сивас рассказать там об этой ситуации. Иззет Паша полагает, что если мы будем просить об установлении мандата таким путем, то есть 90 шансов из ста за то, что наша просьба будет удовлетворена, однако нам, в свою очередь, необходимо выдвинуть ряд условий. Паша выразил мнение, что Америка не сможет принять на себя мандат, если это не будет опираться на волю нации, более того, просьба конгресса об установлении мандата будет для Америки козырем против держав Европы. Обо всем этом я сообщил шифрованной телеграммой в Ерзурум Рауф Бею. Лица, которые высказывают опасения по поводу термина, а не самой сущности мандата, напрасно беспокоятся. Само по себе слово не имеет значения. Важна суть дела. Если угодно, давайте не будем говорить, что мы стали подмандатной территорией, а скажем, что мы создали государство, которое будет существовать вечно.
На эти последние слова посыпались возражения. Среди возражавших можно было расслышать голос Хюсрев Сами Бея, который "Но ведь цель нашей настоящей деятельности - это защищать нацию и доказать, что она будет жить вечно!"
В то время, как Хами Бей, отвечая на это, как бы отступал со своих позиций, слова попросил Кара Васыф Бей. Его выступление продолжалось до конца заседания. Предлагаю вашему высокому вниманию несколько фраз, которые выражают смысл всего длинного выступления Кара Васыф Бея. Цитирую их дословно по протоколу: "Даже если бы все державы заявили, что они предоставляют нам полную независимость, мы все равно не обойдемся без поддержки (Васыф Бей в начале своей речи предложил называть мандат поддержкой.). Наши долги составляют от 400 до 500 миллионов лир. Никто никому таких денег не дарит. Нам скажут: "Платите долги", а ведь наших доходов не хватит даже на уплату процентов. Тогда мы окажемся в трудном положении Вот поэтому, из-за нашего финансового положения нам невыгодно оставаться независимыми. Далее, под боком у нас правительства, стремящиеся расчленить и поделить нас, мы погибнем от их алчности. Что мы можем сделать без денег и без армии? Они летают на аэропланах, а мы никак не можем слезть с арбы. Они делают броненосцы, а мы не можем построить даже парусника Если мы в таком положении даже и спасем нашу независимость, то все равно рано или поздно они разделят нашу страну".
Свою речь Васыф Бей закончил такими словами: "... Американцы, находящиеся в Стамбуле, говорят: "Не бойтесь мандата, такое понятие существует в учредительном статусе Лиги наций Учитывая все эти причины, я считаю Англию нашим главным врагом, а Америка и ее мандат - это зло, с которым можнс примириться. Если вы согласитесь, то мы можем направить письмо находящемуся в Стамбуле представителю, в котором попросим прислать сюда миноносец для того, чтобы на нем наша делегация могла секретно поехать в Америку".
На заседании во вторник 9 сентября Рауф Бей вновь затронуг вопрос о мандате. Как записано в протоколе, он сказал следующее "По вопросу о мандате на сегодняшний день очень много сказанс как в прессе, так и в различных кругах. Хотя высокое собрание одобрило предложение об иностранной поддержке, тем не менее не определено, у кого мы будем просить эту поддержку. Подразумевается, что это будет Америка, однако, я считаю, что нет препятствий к тому, чтобы сказать об этом открыто".