Повестка дня Сивасского конгресса должна была включать в себя вопросы, затронутые в уставе и обращении, принятых Ерзурумским конгрессом, а также в памятной записке, составленной группой депутатов в составе около 25 человек, прибывших в Сивас перед нами.
Первые три дня, то есть день открытия конгресса и начала его работы - 4 сентября, а также 5 и 6 сентября, прошли в обсуждении следующих вопросов: целесообразность принесения присяги в целях открытого объявления о том, что мы не являемся членами партии "Единение и прогресс", и выработка текста этой присяги; составление письма султану и ответа на телеграммы, полученные в связи с открытием конгресса; более всего, однако, мы занимались обсуждением вопроса о том, должен или не должен конгресс рассматривать политические проблемы. Это последнее не могло не вызвать удивления, ибо все то, чем мы занимались и о чем спорили, было ни чем иным, как политикой.
Наконец, на четвертый день работы конгресса мы приступили к обсуждению основной темы - Устава конгресса. В тот же день мы завершили обсуждение этого вопроса, так как заранее подготовили изменения, которые необходимо было внести в Устав Ерзурумского конгресса, и проинформировал об этом тех делегатов, которых, по нашему мнению, необходимо было проинформировать.
Вместе с тем, поскольку произведенные изменения вызвали впоследствии некоторые возражения, а также послужили причиной ряда недоразумений, обильной переписки и споров, я приведу здесь основные пункты, подвергшиеся изменениям.
1. Общество, называвшееся "Обществом защиты прав Восточной Анатолии", было переименовано в "Общество защиты прав Анатолии и Румелии".
2. Слова "Представительный комитет представляет всю Восточную Анатолию" были заменены словами "Представительный комитет представляет всю страну". В связи с этим состав комитета был пополнен шестью новыми членами.
3. Вместо формулировки: "Принят принцип организации всеобщего сопротивления всякой интервенции в нашу страну и всякому вмешательству в наши дела, если мы сочтем, что таковые предприняты с целью создания греческих и армянских националистических организаций" была вставлена формулировка: "Принят принцип организации всеобщих оборонительных действий против всякой интервенции в нашу страну и всякого вмешательства в наши дела и, особенно, против деятельности, имеющей целью создание греческих и армянских националистических организаций".
Разница между этими двумя формулировками с точки зрения смысла, разумеется, очень велика. Если в первой не говорится о том, что мы займем враждебную позицию по отношению к державам Антанты и будем бороться против них, то во второй об этом говорится открыто.
4. Довольно много споров вызвала 4-ая статья Устава. Она гласила:
"Определение административных, политических и военных мероприятий на тот случай, если выяснится, что Османское правительство вынуждено под давлением иностранных держав оставить эти районы (то есть восточные вилайеты) и не заниматься ими". Другими словами, дело шло о создании временного руководства.
В Уставе Сивасского конгресса слова этой статьи "эти районы" были заменены выражением, имеющим более широкий смысл, а именно "оставить любую из частей нашей страны и не заниматься ею".