Сивасский конгресс открылся в четверг, 4 сентября 1919 г. в два часа.
В первой половине дня ко мне пришел Хусрев Сами Бей, который находился в числе делегатов конгресса и которого я давно знал, и сообщил мне следующее: Рауф Бей и несколько других делегатов провели в доме Бекир Сами Бея закрытое совещание и приняли решение не избирать меня председателем. Я не мог поверить, что мои товарищи и, особенно, Рауф Бей могут пойти на подобного рода действия, и поэтому, признаюсь, довольно резким тоном посоветовал Хусрев Сами Бею не сообщать мне впредь подобных неуместных сведений. При этом я добавил, что сообщение его не может соответствовать истине и что недопустимо вести разговоры, которые могут породить недоразумение между товарищами.
Господа, я не придавал значение вопросу о председательстве на этом конгрессе. Я полагал, что будет целесообразным избрать председателем кого-либо из пожилых делегатов. В связи с этим я спросил мнение некоторых товарищей. Так, встретив в коридоре перед входом в зал заседаний конгресса Рауф Бея, я спросил его: "Кого мы выберем председателем?" Рауф Бей, волнуясь, тотчас же твердо ответил: "Ты не должен быть председателем!" При этом вид его свидетельствовал о том, что он заранее подготовился к такому ответу. Это сразу убедило меня в правильности сообщения Хусрев Сами Бея и, разумеется, огорчило. Правда, были люди, которнс возражали против моего председательства и на Ерзурумском конгрессе, но я уже сообщил, что это были за люди. Теперь же такого мнения придерживались мои самые близкие товарищи, и это заставило меня призадуматься. Я сказал Рауф Бею: "Как я понимаю, ты сообщаешь мне решение, принятое вами в доме Бекир Сами Бея". После чего, не дожидаясь ответа, я прошел в зал заседаний.
После открытия конгресса первым выступил один человек с высоким положением, и мы услышали следующие слова, полностью занесенные в протоколы конгресса:
"Господа, сейчас, разумеется, встанет вопрос об избрании председателя. Я предлагаю, чтобы обязанности председателя осуществлялись делегатами по опереди в течение одного дня или одной недели в алфавитном порядке их имен, или вилайетов или санджаков, которые они представляют..."
По странному совпадению, имя человека, внесшего это предложение, а также название вилайета, который он представлял, начинались с первой буквы алфавита. Я как инициатор созыва конгресса, открыл его вступительной речью (Документ №54) и временно занимал председательское место.
"Чем Вы обосновываете это предложение?" спросил я.
На это последовал такой ответ: "Это позволит избежать влияния личных моментов, к тому же мы продемонстрируем таким путем наше уважение к принципам равенства, а это произведет хорошее впечатление за рубежом".
Вот так, господа, в то время как я всем своим существом, душой и телом, преодолевая бесчисленные трудности и препятствия, отдавался делу, которое, как я верил, спасет нас из того бедственного положения, из того тупика, в который попала страна, вся нация, включая этого человека, включая всех нас, мои самые близкие сподвижники устами этого уважаемого мной старого человека, который только вчера прибыл из Стамбула и, разумеется, не знает истинного существа дела, толкуют мне о каких-то личных моментах.
Я поставил на голосование это предложение. Большинством голосов оно было отвергнуто. Затем я провел выборы председателя тайным голосованием. Все делегаты, исключая трех человек, отдали мне свои голоса.