14 июля 1919 г. я отправил Рефет Бею шифрованную телеграмму, содержавшую следующее: «Известие о том, что Саляхаттин Бей будет выполнять наши решения, очень обрадовало и ободрило наших товарищей». Самому Саляхаттин Бею я послал такую телеграмму:
14.07.1919 г.
Для Рефет Бея. Прошу вас, если вы сочтете удобным, передать Саляхаттин Бею нижеследующую телеграмму.
Мустафа Кемаль
Саляхаттин Бею: «Мы с большой радостью встретили известие о том, что вы покинули замкнутую среду Стамбула, присоединитесь к вашим самоотверженным товарищам и их патриотической деятельности. С помощью всевышнего во имя осуществления наших священных целей мы достигнем успеха. Братски целую вас.
(Мустафа Кемаль)
Начальник штаба 3-й армейской инспекции
полковник Кязым
Первые признаки беспокойства по поводу Саляхаттин Бея обнаружил сам Рефет Бей, который недавно уверял, что «Саляхаттин Бей будет действовать в наших интересах», и который сразу же после передачи ему командования выехал в Сивас. В телеграмме, отправленной Рефет Беем из Амасии, содержались не только подозрения относительно Саляхаттин Бея, в ней были еще и некоторые другие соображения.
Привожу текст:
Срочно
Амасия, 15.07.1919
Касательно безопасности
№ 719
Командиру 15-го корпуса в Ерзуруме
Его превосходительству Мустафе Кемаль Паше
Вы знаете Саляхаттин Бея. Важно, чтобы он сразу не испугался. Прежде всего под предлогом поздравления Кязым Паша должен вступить с ним в переписку, соблюдая умеренные выражения. Пока нет каких-либо известий относительно отставки
Хамит Бея. Однако в соответствующие инстанции уже поступило ходатайство с просьбой оставить его на месте. Если даже его снимут с поста, я очень надеюсь, что он останется здесь. Нет сомнения, что англичане будут оказывать на правительство давление с тем, чтобы вернуть меня. Я же останусь здесь, действуя сообразно с обстоятельствами. Как я узнал от англичан и побывавших здесь американцев, Кязым Паша в опасности. Вновь советую постоянно быть начеку и твердо держать в руках инициативу. (Рефет)
Командир 5-й дивизии
Ариф
Хамит Бей, о котором упоминается в этой телеграмме, был мутасаррыфом (главой администрации санджака) Самсуна. Рефет Бей давно дружил с ним и рекомендовал его с первых дней нашего пребывания в Самсуне как достойного доверия товарища, который самоотверженно и до конца будет работать для нашего дела. Написав великому визирю и, в частном порядке, начальнику генерального штаба Джеват Паше, мы исходатайствовали ему назначение в Самсун.
Можно ли было сомневаться в том, что такой человек рано или поздно будет отстранен от должности? Однако Рефет Бей упоминал о мерах, принятых для того, чтобы он остался. Кем и когда они были приняты? Затем он выразил надежду на то, что даже если Хамит Бей будет отстранен от должности, то все же останется здесь, и он, Рефет Бей, убеждает его в такой необходимости. Но куда он поедет? В Стамбул? Разве этот человек до сих пор не работал с нами?
Далее Рефет Бей с убежденностью говорит о том, что англичане оказывают нажим на правительство, чтобы возвратить его в Стамбул. Он сообщает и о том, что останется здесь, действуя сообразно с обстоятельствами. Итак, положение ясно, в пункте 2 моей инструкции от 7 июля 1919 г. указано, что нужно делать. Действовать по-другому невозможно. Затем Рефет Бей узнал от англичан и побывавших там американцев, что Кязым Паша в опасности. Что это значит? Как понимать тех, кто вместо того, чтобы подавать пример стойкости в самых сложных обстоятельствах, думают о воображаемых опасностях, убежденно говорит о них, повторяя слова людей, которые, без всякого сомнения, не имеют относительно нас добрых намерений. В конце телеграммы Рефет Бей дает мне самому урок: «Вновь советую постоянно быть начеку и твердо держать в руках инициативу».
Предоставлю рассудительным людям истолковать значение слова «начеку», употребленного здесь.
Думаю, что человек, давший мне добрый совет, поступил бы более чистосердечно, если бы высказал все это прежде, чем оставил свой пост, тогда его поведение лучше согласовалось бы с моим приказом и инструкцией.